top of page

Человек – вирусное заболевание планеты Земля?

Обновлено: 4 дня назад

Епископ Иов (Бандман)

При недавней прогулке в предгорьях немецких Альп я наткнулся на табличку, адресованную «посетителям этого биотопа». На ней предлагалось «внимательно относиться» к животным и растениям, не сходить с «обозначенных троп», чтобы «не спугнуть дичь» или «не потревожить редких птиц, попадающих под охрану в период размножения», «убирать за собой мусор», «держать собак на привязи» и, если на то пошло, по возможности, вообще «ничего не трогать». Невольно я почувствовал себя незваным гостем в тонком и очень хрупком мире, который не приспособлен к человеку и его непреднамеренному разрушительному характеру, одним словом, как бык в посудной лавке. Возникшее чувство, что я, как человек цивилизованный, больше не являюсь частью природы, а природа больше не является частью меня, заставило меня задуматься. Какова же тогда роль человека в этом мире? Какое место ему вообще отведено?

Судя по тому, как усердствуют составители и установители подобных табличек, человечеству стоило бы скрыться в своих бетонных джунглях. Или лучше было бы вовсе исчезнуть с лица земли? Природа тогда вновь обрела бы гармонию, ничем не нарушаемую? Подобным образом еще в 1838 году грезил французский писатель Гюстав Флобер:

Тогда деревья произрастут, зазеленеют, и не найдется никого, кто бы срубил или сломал их; реки потекут по цветным лугам, природа будет свободна от вмешательства людей, а этот род вымрет, ибо он был проклят с детства.

За свою долгую историю западное Движение в защиту окружающей среды прошло через несколько этапов: от честной и по сути христианской заботы о сохранности утомленной и вытесненной индустриализацией природы через критику капитализма и системы массового потребления, движимых безграничной алчностью и экспансионизмом до определения, что сам человек – это сущностное зло, «жесточайшее из всех животных», паразитическое «плесневое покрытие» (Шопенгауэр) планеты Земля, –  и приобретало все более радикальный характер. Такие организации, как Движение за добровольное вымирание человечества (VHEMT, основано в 1991 году), даже выступают за самовольное исчезновение человеческого рода перед лицом изменения климата и все большего разрушения окружающей среды.

Действительно, в индустриально развитых странах осталось так мало девственной природы, что мы вынуждены охранять немногочисленные зеленые островки как музейные экспонаты. Проблемы, связанные с изменением климата и вымиранием видов, реальны.

Епископ Иов (Бандман)

В наши дни мы являемся свидетелями того, как из идеологического стана «человек = паразит» активно реализуются два разных подхода к решению этих проблем. Даже если многие из его сторонников не доводят названную идеологию до логического конца, не говоря уже о том, чтобы выразить ее так открыто, как я это пытаюсь сделать, я считаю правомерным позволить ей говорить за себя во всей ее ясности.

Так, группа сверхбогатых людей и их последователей, считающих капиталистическую алчную жажду ресурсов неотъемлемым свойством человека, работает над тем, чтобы распространить человеческую цивилизацию на всю солнечную систему и за ее пределы. Когда человек-паразит высосет своего хозяина, планету Земля, досуха, ему придется искать новые планеты, чтобы выжить, желательно до того, как его жилище полностью разрушится. Поэтому важно как можно быстрее разработать необходимые технологии и приобрести те навыки, которые позволят отправиться на другие планеты, похожие на Землю, и заняться их колонизацией.

Мы можем смеяться или игнорировать этот техно-спасский подход, именуемый порой лонгтермизмом (поиском очень далеких во времени решений вместо рассмотрения проблем современности), но он увлекает все больше и больше людей.

Если это решение кажется сугубо капиталистическим, то следующее предложение могло бы быть заимствовано из марксистского манифеста:

Европейские колонизаторы придумали «природу», которая в силу своей мнимой ущербности должна быть подавлена и подчинена. Исходя из этого, европейские колониальные державы нещадно эксплуатировали «природу» на колонизированных территориях. (Из программных тезисов «Последнего Поколения» [Letzte Generation – ред.])

Таким образом, доныне эксплуатируемая всеми остальными классами, порабощенная капиталом и слабейшая «природа-мать» должна в итоге восстать и захватить власть. Необходима новая революция! И несмотря на то, что именно люди, движимые этой идеологией, помогут природе захватить власть и стать ее рупором, сама природа, стилизованная под рай без людей, будет навязывать свои мнимые интересы людям в соответствии с девизом  «что выгодно природе, то выгодно всем».

Эта эко-коммунистическая идеология уже некоторое время отражается в реальной политике некоторых правительств и ведомств, а в последнее время вызывает все большее недовольство и протест среди населения. Мы не желаем непосредственно участвовать в этой культурной баталии, поскольку поляризация лагерей и порой недобросовестная борьба за интерпретационный суверенитет все больше затрудняют разумную дискуссию.

Драматические прогнозы «Римского клуба» 1972 года в корне подорвали доверие к экологическим исследованиям своими тенденциозными преувеличениями. Поэтому новый призыв многих ученых, сформулированный в Декларации об Изменении Климата в Майнау 2015 года, был воспринят многими людьми неоднозначно. Тем не менее, на мой взгляд, не имеет смысла игнорировать факт изменения климата и его серьезные последствия для человека и окружающей среды. Впервые в истории человеческая деятельность угрожает изменить глобальный климат настолько, что можно ожидать драматических последствий для значительной части мира. Поэтому и Церкви предстоит правильно классифицировать и богословски интерпретировать ситуацию в поисках адекватного ответа.

Это же признали и другие христианские конфессии. Если обратиться к двум документам (римско-католической) Конференции епископов Германии (Die deutschen Bischöfe Kommission fürgesellschaftliche und soziale Fragen, Kommission Weltkirche Text Nr. 29  2006-7) и Евангелической Церкви Германии (Studie des Beirats des Beauftragten des Rates der EKD für Umweltfragen, EKD-Text 52, 1995), можно увидеть много общих моментов. Положительная «со-творческая ответственность» за мир, которую Бог возложил на человека согласно Быт 2:15, обязывает его по-прежнему ответственно и осмотрительно относиться к природе, от которой он все еще зависит, несмотря на свою частичную эмансипацию. Признается, что «глобальная катастрофа, вызванная антропогенным изменением климата, вполне вероятна» и что церкви, таким образом, также сталкиваются с вызовом «в двух направлениях»: «во-первых, в области веры и доктрины, а во-вторых, в области личной жизни и поведения».

Протестантская церковь усматривает свою особую роль в западных демократиях как сторонницы дальновидной и экологически устойчивой политики и проповедницы этики межпоколенческого взаимодействия, так сказать, в противовес политическому процессу, который зачастую сводится к срокам проведения очередных выборов. Римско-католическая церковь также стремится предоставить по крайней мере «богословскую основу для формирования справедливого общества и справедливых отношений с вне-человеческой природой», не обещая, разумеется, «готового средства» для разрешения кризиса. Практические подходы, такие как «автомобильный пост» (посильное воздержание от вождения во время поста), призваны привести к изменению духовного настроя участников и стать наглядным «свидетельством» христианской морали, согласно девизу «подавай хороший пример».

В Православной Церкви Патриарх Константинопольский Варфоломей I отличился своей деятельностью по защите окружающей среды как актуальной богословской темы. Об этом свидетельствуют многочисленные публикации и симпозиумы. В марте 1992 года на встрече глав православных церквей в Константинополе он призвал сделать 1 сентября, то есть начало церковного года, «Днем молитвы за окружающую среду»:

Непродуманная и эвдемонистическая эксплуатация человеком вещественного творения с помощью научно-технического прогресса уже начала приводить к необратимой катастрофе в окружающей среде. Православная Церковь, которая не может оставаться безучастной перед лицом такой катастрофы, призывает через всех нас, православных, посвящать первое сентября каждого года, день начала богослужебного года, молитве и молению о спасении творения Божия и принятии такого отношения к природе, которое заповедует Божественная Евхаристия и аскетическая традиция Церкви.

В этом проявляется особый характер православного пути, который выражается не столько в идеалистическом прагматизме и морализме, сколько в осознании зависимости от Бога и в молитве как реальной преобразующей силе как в человеке, так и в мире. Там, где человек уповает только на себя и не ищет сотрудничества («синергии») с Богом, он неизбежно терпит поражение в силу своей ограниченности.

Это не значит, что достаточно установить церковный день памяти в защиту природы. Православное богословие говорит о необходимом преображении каждого человека, об исцелении, освящении и даже обожествлении христиан, которое, в том числе, возвращает их к райскому первозданному состоянию гармонии с природой. Мы встречаемся с этим в многочисленных житиях святых, где они живут в кругу диких животных вдали от цивилизации.

Однако вопреки теории о том, что человек  – паразит, мы сперва хотим предложить христианское объяснение очевидной мании человека к потреблению и разрушению, прежде чем перейти к возможностям ее исцеления.

Повествование о рае в Быт 2–3 изначально помещает человека в сад наслаждений, созданный специально для него Богом, и напоминает о первоначальном гармоничном сосуществовании человека и природы. В результате грехопадения, которое в значительной степени ассоциируется с «приобщением к добру и злу», то есть с нравственным сознанием, человек утратил не только естественные отношения с Богом, но и с самим собой («я испугался, потому что наг»). Вместе с Адамом и Евой в итоге из равновесия вышло все творение; по словам апостола Павла, его судьба, его «душа» неразрывно связана с судьбой его господина.

«Потому что тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее» (Рим 8:20).

Даже бренность творения, качество, которое, казалось бы, так неразрывно связано с естеством тварной природы в силу ее вещественности, оказывается для апостола Павла следствием того же «рабства», под которое попал человек и через которое он со-поработил природу.

Рассмотрение вопроса, можно ли примирить библейское повествование и его христианскую интерпретацию с современными данными археологии и генетических исследований и как это примирение осуществить, выходит за рамки данной статьи. Однако, как верующий христианин, я заявляю, что готов ответить на него утвердительно.

Тем самым кажущаяся враждебность «дикой» природы и ее стихий к человеку объясняется отображением его собственной злобы и его тысячелетней борьбы за независимость от их прихотей, за освоение самых неблагоприятных для жизни регионов c точки зрения педагогической меры Бога. Per aspera ad astra. Как правило, человеку приходилось и приходится отвоевывать у природы пропитание и пространство для выживания с помощью труда и силы. Однако, в противостоянии между враждебной дикой природой и возделанной, пригодной для использования землей, человеку все чаще удавалось продемонстрировать свое превосходство. Следует отметить, что преобразованная и окультуренная природа  не значит «разрушенная». Ведь даже выровненное пшеничное поле, очищенное от «сорняков» и камней, –это природа, даже строго геометрически выстроенный барочный сад с прямыми водоводами и тропинками, искусственно выкрашенными цветами и ручными диковинными животными – это природа, созданная человеком по своему образцу, в своем собственном духе. Является ли такой образец окружающей среды морально «хорошим» или «плохим» зависит от намерений и душевного состояния его создателя. Есть заботливые и внимательные садовники или владельцы животных, но есть и жестокие и эгоистичные. На мой взгляд, сам факт присвоения или «вмешательства» не может быть осужден с христианской точки зрения.

Пожалуй, мне могут возразить, что люди только недавно начали понимать всю сложность и разнообразие биотопов, в которые они грубо вмешивались с незапамятных времен. Однако, тот факт, что, например, сельскохозяйственные монокультуры угрожают биоразнообразию или что генетические манипуляции с растениями и животными могут негативно влиять на пищевую цепочку и обитающие по соседству виды, мы осознали далеко не только ретроспективно, в то время как те, кто несет за это ответственность, в целом равнодушно относятся к таким «проблемам». Тем не менее, я и здесь не вижу веского довода в пользу моральной предосудительности всей человеческой экспансии, а лишь историческую корреляцию между соответствующими техническими возможностями и масштабами их негативных побочных эффектов. Следовательно, хорошо, что сегодня мы пользуемся нашими знаниями о хрупких процессах живых взаимосвязей на всех их уровнях с целью сохранения больших, малых и микроскопических биотопов во всем их многообразии – до тех пор, пока приоритеты не перевернутся с ног на голову и, например, место обитания жука-жужелицы не будет объявлено более важным, чем инфраструктурный проект, несущий пользу тысячам людей.

В Книге Иова содержится замечательная мысль о том, что не все в этом мире было создано исключительно ради человека и его насущных потребностей. Божья забота направлена не только на человека и среду его обитания, но и на пустыню, для человека недоступную и опасную. В беседе с ветхозаветным Иовом Бог задает ряд провокационных вопросов:

Ты ли ловишь добычу львице и насыщаешь молодых львов…? Кто пустил дикого осла на свободу, и кто разрешил узы онагру, которому степь Я назначил домом и солончаки – жилищем? Он посмевается городскому многолюдству и не слышит криков погонщика, по горам ищет себе пищи и гоняется за всякою зеленью. (Иов 38:39; 39:5-8)

Даже те элементы природы, которые не приносят прямой пользы человеку, имеют свое право на существование и свою самоценность. Эгоцентризм человека, который подпитывается неверно понятым повелением Творца «наполняйте землю, и обладайте ею» (Быт 1:28), здесь исправлен. В действительности Бог также требует от человека бескорыстной заботы о природе, сострадания к диким зверям и неприглядным животным пустыни. Творение должно рассматриваться как единое целое, главой которого является человек, но ни одна его часть, какой бы маленькой она ни была, не может считаться бесполезной или бессмысленной. Таким образом, природа становится для человека учителем бескорыстной опеки и ответственного правления как в малых, так и в больших делах.

Православная Церковь не питает иллюзий, будто она может перевоспитать человечество, поставить миссионеров рая на земле и тем самым изменить ход рукотворной истории. Мы видим себя чужими в этом злом мире, который в свою очередь движется к катастрофе,эсхатону.

Ибо христиане … живут в своем отечестве, но как пришельцы; … Для них всякая чужая страна есть отечество, и всякое отечество – чужая страна… Они во плоти, но живут не по плоти. (Послание к Диогнету)

Но они приветствуют и поддерживают каждый момент в истории, когда разум одерживает верх над безумием и порочный круг зла разрывается.

(Христиане) находятся на земле, но суть граждане небесные. Повинуются постановленным законам, но своею жизнью превосходят самые законы. Они любят всех и всеми бывают преследуемы.

Если перед лицом надвигающейся катастрофы человечество все-таки придет к решению, которое потребует от всех жертв и реальных усилий, христиане внесут свой вклад. Более того, наш мирный бунт против духа любой эпохи, наш отказ следовать за какой-либо партией в социальных и политических скачках — это постоянная провокация и вызов человеческо-цивилизационному комфорту, а также исповедничество подлинного добра, которое разоблачает весь самообман «доброхотов» и в конечном счете никого не оставит равнодушным. В этом и заключается задача христиан.

Получается, что человек –  не паразит и не нахлебник, а Богом поставленный хозяин этого мира, который не только может пользоваться его плодами, но и должен отражать Божью заботу обо всем живом. Из этого следует и то, что природе нужно предоставлять свое пространство. Более того, человек призван быть «со-творцом», который может использовать вещи, созданные Богом, чтобы выразить себя в обустройстве окружающей среды. При всем этом он несет ответственность перед Богом за свои поступки. Если душа, исполненная злобы или эгоизма, творит зло Божьим созданиям, она злоупотребляет своей властью и уклоняется от своего призвания.

Поэтому Христос призвал нас в первую очередь изменить самих себя, потому что только в этом случае судьба всего творения может быть изменена. Но он не говорил о переменах в морализаторском ключе, не проповедовал позитивистский принцип снежного кома маленьких шагов, таких как автомобильный пост, сортировка мусора или соблюдение Вегетарианских Вторников. «Метанойя», переводимая обычно как покаяние, раскаяние или обращение, означает целостное изменение ума и жизни, началом, центром и целью которого является Сам Иисус Христос. Только следование за Ним позволяет нам заново открыть свою истинную человечность, а значит, и утраченное единство с природой. И только это радикальное преображение может в свою очередь увлечь за собой других. Этот духовный процесс может завершиться успехом только с помощью диалога (молитвы) и сотрудничества (синергии) с Богом.

Так что, пока исследователи окружающей среды потрясают нас сценариями конца света, СМИ рекламируют веганские гамбургеры, а политики пытаются выработать на саммитах экстренные меры, Православная Церковь будет по-прежнему призывать к покаянию и молитве.

236 просмотров0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все

Kommentare


bottom of page