top of page

Рождественское послание митрополита Берлинского и Германского Марка

С древних времён мы, христиане, празднуем Рождество нашего Господа – поклоняемся Богу, явившемуся в человеческом теле. Одеяния Пречистой Девы, праведного Иосифа, пастухов и волхвов на иконе Рождества Христова помогают нам ощутить древность.

Но можем ли мы воспринять неизреченную новизну Рождества? Хотя бы малую её толику? Воспринять не только умом, но и сердцем?

Безначальный родился во времени, начался. Безтелесный стал плотью. Невидимый сделался видимым – и для ангелов, и для людей.

Человеческие глаза могли посмотреть на Него – и не ослепнуть, человеческие уши – услышать и не оглохнуть, руки страждущих отныне могли прикоснуться к Тому, Кто больше созданной Им Вселенной. Больше – неизмеримо, несопоставимо.

Как это выразил святой пророк Аввакум, «Покрыло небеса величие Его, и славою Его наполнилась земля» (Авв. 3:3).

Может ли человеческий разум это понять? Своим усилием – нет.

Но милостью Божией непостижимое открывается нам – в той мере, в которой мы открываемся этой милости. В той мере, в которой мы сами желаем вместить любовь Божию. Не умствуя, не любопытствуя: это бессмысленно. Бог неизмеримо выше не только нашего ума, пресмыкающегося во грехе; по словам святого Исидора Пелусиота, Бог «выше всего ангельского множества и святых чинов. Посему да уступит величию Божию всякое человеческое естество, да не любопытствует о сущности, но да покланяется достоинству».

И речь здесь не о таком поклонении, когда поклонился – и спокойно пошёл дальше заниматься своими делами. Воззрев на высоту Божию – и только так – мы можем увидеть глубину своего падения. А это больно. Это противно. Это неизлечимо – нашими собственными усилиями…

Но Бог в Своём безмерном человеколюбии снисходит к нашей немощи, чтобы Свой образ в нас – обновить. (На языке церковном именно так называется освящение храма – «обновление».)

Господь, не торгуясь с нами, ничего не требуя от нас взамен, кроме согласия, кроме того, чтобы мы открылись Его милосердию – возвращает нам благодать, изначально дарованную Адаму. Ту самую благодать, которая бесконечно и беспрепятственно изливалась на нашего Праотца, первого человека, как бы носила его на руках. И он не горел, не тонул – не «мудрствовал лукаво». Вся его жизнь – до известного рубежа – была ответом на эту Господню любовь, проходила в полном великом согласии с Божьей волей.

Премудрый Соломон учит нас: «Бог создал человека для нетления и соделал его образом вечного бытия Своего; но завистью диавола вошла в мир смерть, и испытывают ее принадлежащие к уделу его». (Прем. Сол. 2:23-24)

Однако смерть вошла в мир не только «завистью диавола».

Она вошла в мир, потому что мы с вами, подобно первому человеку, послушались дьявола, открыли свои сердца его зависти, его мраку, объединились с ним, «солидаризировались», отвратились от вечного, а обратились – к вещественному, плотскому, тленному, приняли тленное, будто бы это наша подлинная природа, «естественная среда нашего обитания». Мы сами позволили сделать мир уделом диавола, царством его гордыни. И не только позволили, а продолжаем усердно служить князю мiра сего и тем идолам, которыми он нас исправно снабжает – идолам плоти и греха.

Война особенно явно открывает нам, в какой страшной мере человек удалён от Бога. Но человек – особенно современный – не ужасается собственному греху. Наоборот, он всё более озлобляется на своих ближних, и всё более удаляется от небесного, чистого, благодатного, Божьего… и человеческого. Погружается в бездну – и не делает ни малейшей попытки из неё выбраться.

Ни Россия, ни Украина не проявляют воли к покаянию. И те, и другие оправдывают – больше того, воспевают – Каинов грех. Войной охвачен весь мир. Это война дьявола против Бога и человека. Не везде обстрелы и бомбардировки. Но почти повсеместно упорному и жестокому нападению подвергается самое важное в человеке: его цельность в Боге, его чистота. Телесная, умственная, духовная.

Что же нам делать?

Без Христа ничего не поделаешь.

Мы готовимся к празднованию Рождества. Наш Господь пришёл в мир, чтобы восстановить – обновить! – в человеке – в нас с вами! – Свой образ, чтобы вновь незаслуженно наделить нас светом Своей благодати. Чтобы поднять нас над всем земным – ещё выше, чем первого человека, уже не на райскую, а на небесную высоту.

Можем ли мы не ответить на этот призыв? Можем ли не обратиться с ответной любовью? – ко Христу и к каждому своему ближнему, в котором – образ Христа! А для этого – можем ли не прибегнуть к молитве и покаянию? Будем же прилежать к посту и молитве, принимая все таинства, которые наша Церковь так щедро нам предлагает.

Будем стремиться к чистоте духа, души и плоти. И не просто стремиться: нам н